РУБРИКИ

Психологические особенности личности серийного убийцы

 РЕКОМЕНДУЕМ

Главная

Правоохранительные органы

Предпринимательство

Психология

Радиоэлектроника

Режущий инструмент

Коммуникации и связь

Косметология

Криминалистика

Криминология

Криптология

Информатика

Искусство и культура

Масс-медиа и реклама

Математика

Медицина

Религия и мифология

ПОДПИСКА НА ОБНОВЛЕНИЕ

Рассылка рефератов

ПОИСК

Психологические особенности личности серийного убийцы

3. Высокий уровень рецидивности. Две трети серийных убийц ранее судимы, многие — неоднократно. Чаще всего за изнасилования, преступления против собственности, убийства и причинение тяжких телесных повреждений.

4. Фактическая безремиссионность серийного криминального насилия. В среднем, после освобождения из мест лишения свободы, очередное преступление, относящееся к предыдущей серии, совершалось через 7,4 месяца.

5. Крайняя опасность и тяжесть рецидива серийных преступлений. Рецидивы, как правило, характеризуются все большей тяжестью и жестокостью преступлений.

6. Ранний возраст начала серии (в среднем 23,8 года). Как правило, криминальная биография начинается сразу с серии, реже — с иного состава преступления в более раннем возрасте.

7. Утяжеление насилия от судимости к судимости. Исследователи отмечают следующую динамику судимостей: имущественные преступления — сексуально мотивированные преступления — умышленные убийства с истязанием жертв.

8. Из психосоциальных особенностей личности серийных убийц можно выделить преимущественно низкий уровень образования, праздный образ жизни (не работали и не учились), семейную дезадаптацию (преимущественно холостяки и разведенные).

Способ лишения жизни во всех сериях стереотипен, отличается шаблонностью. В большинстве серий криминальным эпизодам предшествует состояние алкогольного опьянения. Примерно треть убийц совершают преступления в трезвом виде.

Криминальные эпизоды характеризуются неоправданной жестокостью, мучительными и множественными повреждениями, глумлением, в том числе и над трупом. Практически в каждой серии убийств отмечаются специфические индивидуальные черты, позволяющие выделить садистский почерк того или иного преступника [26].


1.3 Мотивы преступлений совершаемых серийными убийцами

В основе преступного поведения серийного убийцы лежат те или иные мотивы. Какие же глубинные психологические факторы отражают эти мотивы, в чем их субъективный смысл?

Четыре возможных мотива толкающие человека на серийные убийства:

1. Манипуляция, 2. Доминирование, 3. Контролирование, 4. Сексуальная агрессия (страсть).

Многочисленные расследования и изучения общих характеристик серийных убийств показали, что наиболее общим мотивом является сексуальная агрессия

В мотивах конкретизируются потребности, которые и определяют направленность мотивов. У одного человека не может быть бесчисленного количества потребностей, но богатство мотивационной сферы проявляется в их разнообразии и взаимодополняемости. Взаимодействуя между собой, они усиливают или ослабляют друг друга, вступают во взаимные противоречия, результатом чего может явиться аморальное и даже преступное поведение.

Отдельные поступки, а тем более поведение человека в целом, в том числе и преступное, в основном направляется не одним, а несколькими мотивами, находящимися друг с другом в сложных иерархических отношениях. Среди них имеются ведущие, которые и стимулируют поведение, придают ему личностный смысл. Так, в большинстве случаев в основе хищений лежат не только корыстные мотивы, но и мотивы самоутверждения личности в глазах престижной (референтной) группы.

Кроме того, как установлено исследованиями [14], именно ведущие мотивы носят неосознаваемый характер. По этой причине преступники во многих случаях не могут вразумительно объяснить, почему они совершили данное преступление.

Обобщая результаты исследований последних лет [17], можно выделить следующие мотивы антисоциальной деятельности серийных преступников: мотивы самоутверждения (статусные), замещающие, , мотивы самооправдания.

Мотивы самоутверждения

Потребность в самоутверждении - важнейшая потребность, стимулирующая широчайший спектр человеческого поведения. Она проявляется в стремлении человека утвердить себя на социальном, социально-психологическом и индивидуальном уровнях.

Утверждение личности на социальном уровне означает стремление к завоеванию социального статуса, т. е. к достижению определенного социально-ролевого положения, связанного с признанием личности в сфере профессиональной или общественной деятельности. Утверждение на социальном уровне обычно связано с завоеванием престижа и авторитета, успешной карьерой, обеспечением материальных благ.

Утверждение на социально-психологическом уровне связано со стремлением завоевать личный статус, т. е. добиться признания со стороны личностно значимого ближайшего окружения на групповом уровне - семьи, референтной группы (друзей, приятелей, сверстников, коллег по работе и т. д.). Но это может быть и группа, с которой человек не контактирует, но в которую стремится попасть, стать ее членом. В таких случаях преступление выступает в качестве способа его проникновения в подобную группу, достижения признания. Наиболее характерно это для подростков.

Утверждение личности на индивидуальном уровне (самоутверждение) связано с желанием достичь высокой оценки и самооценки, повысить самоуважение и уровень собственного достоинства. Достигается это путем совершения таких поступков, которые, по мнению человека, способствуют преодолению каких-либо психологических изъянов, слабостей и в то же время демонстрируют сильные стороны личности.

Чаще всего подобное самоутверждение происходит бессознательно. Оно характерно, например, для расхитителей так называемого престижного типа, которые стремятся достичь определенного социального статуса или же сохранить его любым путем, в том числе и преступным. Недостижение его, а тем более его утрата означает для них жизненную катастрофу.

"Из названных уровней утверждения" личности именно самоутверждение, по всей вероятности, имеет первостепенное значение, стимулируя жажду признания на социальном и социально-психологическом уровнях. Самоутверждаясь, человек чувствует себя все более независимым, раздвигает психологические рамки своего бытия, сам становится источником изменений в окружающем мире, делая его более безопасным для себя. Это дает ему возможность показаться в должном свете и в глазах ценимой им группы, и в глазах общества. Эти признания, взаимно дополняя друг друга, обеспечивают индивиду внутренний психологический комфорт и ощущение безопасности".

Среди взяточников и расхитителей встречаются лица, стремящиеся к утверждению и на социальном, и на социально-психологическом, и на индивидуальном уровнях. Среди воров, грабителей, разбойников, мошенников чаще обнаруживаются те, которые утверждаются на втором и третьем уровнях [11].

Нередко совершение корыстного преступления обеспечивает лицу решение каких-либо внутренних проблем, помимо статусных. Обладание материальными благами придает человеку уверенность, снижает беспокойство по поводу своей социальной определенности, устраняет, чаще временно, чувство зависти, собственной неполноценности.

Самоутверждение - распространенный ведущий мотив при совершении изнасилований. Изнасилование - не только удовлетворение сексуальной потребности, не только проявление частнособственнической психологии и примитивного отношения к женщине, не только неуважение к ней, к ее чести и достоинству, но прежде всего утверждение своей личности таким уродливым и общественно опасным способом.

Субъективные причины изнасилований связаны в первую очередь с особенностями самовосприятия преступника, с его ощущением, часто на подсознательном уровне, собственной неполноценности, ущербности как мужчины. Часто такое ощущение, переживание принимает жестко фиксированный характер, человек как бы приковывается к объекту фрустрации, от которого он зависим (женщина вообще). Стремление избавиться от этой зависимости и в то же время самоутвердиться в мужской роли может толкнуть такое лицо на совершение изнасилования.

Особый интерес в связи с этим представляет опасная категория насильников, внезапно нападающих на незнакомых женщин и старающихся силой преодолеть их сопротивление. Поведение таких преступников схоже с действиями охотника, поджидающего или выслеживающего добычу. В большинстве своем такие "охотники" положительно характеризуются в быту и на работе, они заботливы в семье, но по отношению к другим женщинам испытывают резко отрицательные эмоции.

Как отмечают ученые, "подобные насильники занимают по отношению к женщине подчиненную, пассивную позицию, женщина доминирует над мужчиной и направляет его. Как правило, у них нарушена аутоидентификация с мужской ролью при мощном напряжении сексуальной потребности, фиксации на половых отношениях, сводящихся лишь к половым актам вне нравственно-психологической близости. Установлено также, что подобные лица имели в детстве властную, доминирующую мать и безвольного, подчиненного отца. Создавая собственную семью, они психологически воссоздавали свою раннесемейную ситуацию, образно говоря, занимали место отца и выбирали в качестве жены женщину, похожую по своим психологическим чертам и поведению на мать".

"Охотники" зависимы не только от матери и жены, но и от женщин вообще, поскольку отношения с ними подсознательно строят на материнско-детской базе. Поэтому в качестве мотивов изнасилования у "охотников" выступают, с одной стороны, стремление уничтожить психологическое доминирование женщин вообще, а не конкретных лиц, а с другой стороны - желание добиться в акте сексуального насилия идентификации с мужской половой ролью, самоутвердиться, обрести личностно-эмоциональную автономию. Однако добиться окончательного освобождения от психологической зависимости от женщин путем однократной попытки насилия не удается. Именно по этой причине лицо продолжает совершать неожиданные и яростные нападения на женщин, иногда по нескольку десятков раз [5].

Считается также, что стремление избавиться от психологического диктата женщины, "навязанного" в детстве матерью, лежит в основе многих случаев изнасилования женщин старческого возраста.

Что касается наиболее опасных преступных проявлений - серийных сексуальных убийств, то, по мнению исследователей, в их основе лежат следующие мотивы:

сексуальные посягательства на женщин, сопровождаемые проявлениями особой жестокости, обусловливаются не столько сексуальными потребностями преступников, сколько необходимостью избавиться от психологической зависимости от женщины как символа, абстрактного образа, обладающего большой силой;

социальное или биологическое отвергание (действительное или мнимое) женщиной порождает у лица страх потерять свой социальный и биологический статус, место в жизни. Насилуя и убивая потерпевшую, т. е. полностью господствуя над ней, преступник в собственных глазах предстает сильной личностью. Таким образом здесь проявляется мотив самоутверждения;

нападения на подростков и особенно на детей нередко детерминируются бессознательными мотивами, когда имеют место снятие и вымещение тяжких психотравмирующих переживаний детства, связанных с эмоциональным неприятием родителями, с унижениями по их вине. В таких случаях ребенок или подросток, ставший жертвой, также выступает в качестве символа тяжелого детства: преступник уничтожает этот символ, пытаясь таким образом освободиться от постоянных мучительных переживаний. В данном случае проявляется мотив вымещения;

сексуальные нападения на детей и подростков, сопряженные с их убийством, могут порождаться неспособностью преступника устанавливать нормальные половые контакты со взрослыми женщинами либо тем, что такие контакты не дают желаемого удовлетворения в силу различных половозрастных дефектов;

получение сексуального удовлетворения и даже оргазма при виде мучений и агонии жертвы. Это - сугубо садистская мотивация [3].

К сказанному следует добавить, что ведущим мотивом ряда серийных убийств, в том числе и сексуальных, является некрофилия - неодолимое влечение к смерти, уничтожению всего живого, наиболее ярким представителем которого был Чикатило.

Далеко не каждый убийца может быть отнесен к некрофильским личностям. Среди убийц немало таких, кто совершил преступление в состоянии сильного переживания, из мести, ревности или ненависти к другому человеку, под давлением группы или иных тяжелых обстоятельств своей жизни и при этом может сожалеть о случившемся. "Некрофил же, - отмечает Ю. М. Антонян, - это человек, который все проблемы склонен решать только путем насилия и разрушения, которому доставляет наслаждение мучить и заставлять страдать, одним словом, тот, который не может существовать, не превращая живое в неживое".

Мотивы замещения

Нередки случаи совершения насильственных преступлений по механизму замещающих действий. Суть этих действий состоит в том, что если первоначальная цель становится по каким-либо причинам недостижимой, то лицо стремится заменить ее другой - доступной. Благодаря "замещающим" действиям происходит разрядка (снятие) нервно-психического напряжения в состоянии фрустрации.

"Замещение" действий, т. е. смещение в объекте нападения, может происходить разными путями. Во-первых, путем "генерализации" или "растекания" поведения, когда насильственные побуждения направлены не только против лиц, являющихся источником фрустрации, но и против их родственников, знакомых и т. д. В этих случаях лицо, поссорившись с одним человеком, адресует свою агрессию близким или друзьям этого человека. Во-вторых, путем эмоционального переноса. Например, подросток, ненавидящий своего отчима, портит его вещи. В-третьих, агрессия при "замещающих" действиях направляется против неодушевленных предметов или посторонних лиц, подвернувшихся под руку. Это так называемая респондентная агрессия, наиболее опасная, поскольку ее объектом часто выступают беззащитные люди. В-четвертых, разновидностью "замещающих" действий является "автоагрессия", т. е. обращение агрессии на самого себя. Не имея возможности "выплеснуть" свою враждебность вовне, человек начинает распекать себя и нередко причиняет себе различные повреждения.

Мотивы самооправдания

Одним из универсальных мотивов преступного поведения в подавляющем большинстве случаев является мотив самооправдания: отрицание вины и, как следствие, отсутствие раскаяния за содеянное. Искреннее осуждение своих действий встречается довольно редко, но и при этом вслед за признанием обычно следуют рассуждения, направленные на то, чтобы свести вину к минимуму.

Возникает вопрос: за счет каких психологических механизмов происходит снятие с себя ответственности за содеянное? Здесь действуют механизмы психологической самозащиты, которые снижают, нейтрализуют или совсем снимают барьеры нравственно-правового контроля при нарушении уголовно-правовых запретов. Именно на этой основе происходит самооправдание и внутреннее высвобождение от ответственности за совершаемое и совершенное преступление.

Проведенное под руководством А. Р. Ратинова в 70-х годах изучение личности преступника показало исключительную важность защитных механизмов, которые подготавливают и побуждают к преступному поведению, а затем ретроспективно оправдывают его.

"Подвергшись негативным санкциям или опасаясь их, личность избирает путь устранения неблагоприятных последствий своего поведения, идущего вразрез с общепринятой нормой, нейтрализуя социально-правовой контроль посредством включения защитных механизмов".

К числу последних относятся перцептивная защита, отрицание, вытеснение, рационализация, проекция и др.

Мотивы самооправдания преступного поведения проявляются в:

искаженном представлении о криминальной ситуации, в которой избирательно преувеличивается значение одних элементов и преуменьшается роль других, в результате чего возникает иллюзия необязательности применения уголовного наказания;

исключении ответственности за возникновение криминальной ситуации, которая понимается как роковое стечение обстоятельств;

изображении себя жертвой принуждения, вероломства, коварства и обмана других лиц либо собственных ошибок и заблуждений, которые и привели к противоправным действиям;

убеждении в формальности нарушаемых норм, обыденности подобных действий, в силу чего они расцениваются как допустимые;

отрицании жертвы преступления и предмета преступного посягательства и тем самым игнорировании вредных последствий и общественной опасности деяния;

умалении и приукрашивании своей роли в совершенном преступлении;

облагораживании истинных мотивов своих действий, в результате чего они представляются извинительными и даже правомерными (защита справедливости и т. д.);

рассмотрении себя в качестве жертвы ненормальных условий жизни, среды, которые как бы неизбежно толкнули на совершение преступления;

гипертрофии собственных личностных качеств в утверждении своей исключительности, ставящей лицо, по его мнению, выше закона.

Глава 2

Сравнительная характеристика серийных убийц в зависимости от мотива совершаемого преступления

2.1 Психологический анализ личности сексуальных маньяков


Можно привести довольно яркий пример сексуального серийного убийцы – Синяя Борода. Его настоящее имя - маршал Жиль де Рец. Он жил во времена Генриха IV и регулярно убивал своих жен... Имена отечественных маньяков, совершавших уже в наши дни серийные убийства с сексуальной подоплекой, у всех на слуху: Чикатило, Головкин и другие. Что движет этими дьяволами во плоти, какая тайна сокрыта в их мозгу, душе? Какие-то отчаянные ученые хотели сохранить жизнь Чикатило, чтобы на его примере изучить биологические особенности, личность маньяка...

В действиях маньяков немало общего, они достаточно стереотипны. Очень часто они применяют один и тот же способ убийства: подход сзади, захват и удушение. Причем наблюдается такой стереотип в ситуациях, когда жертва, по сути, не сопротивляется или находится без сознания. Характерно признание одного маньяка: "Я не могу объяснить, почему сзади, но если спереди - совсем не то ощущение..." [15]

Но почерк-то у каждого свой. "Авторство" часто определяют по характеру нанесенных повреждений.

Но и здесь прослеживается общность. Сексуальные убийцы часто наносят удары ножом в область промежности или половых органов, словно имитируя половой акт. Это называется символическим сексуальным действием. К примеру, для педофилов характерны одни и те же действия: снимание одежды, разглядывание половых органов, причем сам половой акт осуществляется крайне редко. Прослеживается и общность территории. Множество сексуальных насильственных актов совершается именно в лифте.

Предпочтения маньяков зависят от степени патологии. Один преследует женщин в красном, кто-то мальчиков, у третьего прилив страсти вызывают полные женщины. А Чикатило возраст или габариты жертвы мало волновали.

Что касается поведения жертвы с маньяком, то один из методов защиты основан на неожиданности поведения. Некоторые насильники очень реагируют на выражение лица жертвы. Он хватает, предвкушая страх, смятение, ужас, а жертва должна улыбаться и говорить: "Ах, какой ты милый..." Таким образом, стереотип может быть перерублен. Но, к великому сожалению, чаще прослеживается, что программу маньяка ничем не перебить, он все равно ее осуществит. Были такие, кто утверждал на полном серьезе, что жертва "улыбалась, когда я ее душил". То есть сознание в этот момент искажено. А некоторые вообще не помнят реакции и даже на очной ставке не узнают свою жертву.

Серийным убийцам, с сексуальной подоплекой, как детям, свойствен психический инфантилизм. И в этом нет ничего парадоксального. Ведь дети бывают жестокими, они не умеют воспринимать чужую боль. И все воспитательные действия, упреки типа "Какой ты жестокий! Ты совсем не жалеешь родителей!" обречены на провал. Это не патология, а норма. Но что является нормой в 8 - 10 лет, в 20 - 30 называется иначе. Маньяк не знает, что такое жалость, сочувствие. У него нет ощущения чужой боли.

Вид страданий жертвы приносит ему наслаждение.

Чтобы понять ощущения жертвы, Головкин производил такие же эксперименты на себе. Акт агрессии часто сочетается с аутоагрессией. Пациенты-маньяки прижигают себя сигаретами, вгоняют себе иглы. При этом ими руководит интерес, стремление успокоиться, многие находят в боли компонент сладострастия. Кстати, за некоторое время до совершения преступления у маньяков меняется состояние. Появляются тревога, злоба, нарастает внутреннее напряжение. Ему надо что-то делать. Он выходит, озирается, и потом вырисовывается цель: надо убить. После этого наступают разрядка, облегчение, иногда ощущение собственного всемогущества. Они часто выражаются так: "Я смог..."

У маньяков вырабатывается болезненный интерес к анатомии, к строению человеческого тела, вспарывание животов, отрезание половых органов. Это прослеживается у детей 5-7 лет, когда они играют: разбирают кукол, отрывают руки, ноги, выкалывают глаза. Или первое знакомство с половыми органами - то же самое наблюдается у педофилов. Пациентов-маньяков этот этап развития выпал, и они наверстывают упущенное через десятилетия, воспроизводят игры, которые становятся кровавыми. Один из них признался, проходя лечение в психиатрической клинике:

"Знаете, доктор, как надо с женщиной иметь дело? Отрезал голову, положил труп и делай что угодно..." [12]

Известные аналогии поведения есть у животных. Например, самка богомола откусывает самцу голову, чтобы он лучше совершил половой акт. Без этой операции богомол может и не захотеть "интима", а так коитус железно продлится пять часов. Интересно, что такие образцы поведения присущи только самкам.

Сексуальные маньяки часто не в состоянии совершить нормальный половой акт, некоторые испытывают известные сложности в отношениях с женщинами. Этих людей с профессиональной точки зрения нельзя назвать ни мужчинами, ни женщинами. Речь идет о расстройстве половой идентичности. Природа не построена по принципу "черное-белое", всегда есть промежуточные варианты. И здесь прослеживается именно такой вариант. Только не надо думать, что если у человека несовпадение в этой сфере, он обязательно пойдет в убийцы. Он может стать фетишистом, визионистом или уйдет в "глухие" невротики, не позволяя себе реализовать запретные фантазии. А в основе лежит нарушенная идентичность.

На ранней стадии у некоторых еще сохраняется критическое отношение, они пытаются как-то с этим бороться. Но пойти к врачу... Это ведь чревато. Да и как сказать, что тянет к малолетним? Сразу тюрьма, страх Уголовного кодекса висит. Одна из задач терапии - информировать этих людей о том, куда обратиться со своими проблемами, и гарантировать им, что не будет последствий. Ведь они часто боятся рассказывать даже свои фантазии, которые можно рассматривать как норму.

Одно из эффективных решений проблемы преступного поведения сексуальных маньяков – это побуждение его к пониманию того, что надо замещать преступное поведение и направлять энергию в другое русло.


2.2 Психологический анализ личности серийных убийц – каннибалов

В 1971 г. в Англии появился маньяк, который убил, а затем съел 13 молодых женщин... Его разыскивали почти 10 лет. В мае 1981 г. Питер Сатклифф по прозвищу "Йоркширский потрошитель" был казнен. Впрочем, полиция считала, что на счету этого каннибала жертв гораздо больше, однако доказать это не смогли.

Когда полиция ворвалась в дом американца Джерри Дахмера, то обнаружила останки 15 жертв. Их сердца он хранил в морозильной камере, головы - в холодильниках, а сами тела, точнее то, что от них осталось - в ванне с кислотой. Этот тип имел обыкновение совокупляться с трупами, после чего расчленял их и некоторые части поедал, другие же хранил "на память".

"Каменный человек". Между 1983 и 1985 г. серия эксцентричных убийств потрясла Бомбей. Несколько бездомных бедняков, спавших ночью на улицах города, были убиты ударами большого камня. Из расплющенных голов был изъят мозг и вырваны глаза... Преступник до сих пор не найден.

Есть сведения, что в Москве участились случаи продажи изделий, возможно, сшитых из человеческой кожи. Так, на некоторых купленных с рук куртках оказались значки и фигурки, похожие на татуировки.

...Джеффри Дамер убивал своих любовников от одиночества, но поедал их не от голода. До того, как полиция, наконец, отыскала в 1991 г. его скромную двухкомнатную квартиру в Милуоки и нашла там несколько черепов и замороженных в холодильнике сердец, белокурый Дамер завлек к себе изрядное число подцепленных в барах молодых мужчин и убил по крайне мере 17 из них, как поступают с партнером соития некоторые виды паучих.

Как объяснил в суде исследовавший Дамера психиатр, душегуб, прозванный милуокским маньяком, убивал своих ночных гостей лишь потому, что не хотел с ними расставаться, а они все норовили уйти. Он честно пытался заставить их остаться другим способом, давая им снотворное, а потом сверлил у них в голове дырочку в том месте, где, как Джеффри вычитал из анатомического атласа, должен находиться центр воли. Просверлив дырочку, этот естествоиспытатель наливал туда кипяток и однажды соляную кислоту в надежде уничтожить центр воли и зомбировать гостя, который отныне повиновался бы ему до конца.

Эта неврологическая операция приносила непредсказуемые результаты. Один испытуемый проснулся с сильной головной болью, другой не проснулся совсем...

Год 1995-й. ...В Кустанае арестована семья каннибалов - 67-летний пенсионер и его неработающий сын. Раскрыто преступление случайно: засорилась канализация у соседей, живущих этажом ниже. В унитазе вместе с нечистотами всплыли человеческие органы.

Вызванный наряд милиции, взломав двери квартиры каннибалов, обнаружил останки расчлененного трупа. Все остальное, по признанию хозяев, они съели.

В ходе следствия выяснилось, что Гогве превратился в людоеда, когда ему было еще 23 года. "Я убил отца, потому что он не захотел платить за мое обучение в школе, - сообщил он журналистам. - Затем частично съел его, закопав останки" [14].

В марте дед-каннибал совершил чудовищный ритуал с одним из своих внуков. Позднее то, что от него осталось, было найдено в близлежащем болоте.

В Мане не раз обнаруживали обезображенные трупы людей, которые пропадали при загадочных обстоятельствах.

Кроме бытового, существует каннибализм, который можно назвать символическим, сложившийся еще тогда, когда человек естественным образом входил в меню другого человека. Поедащий стремился перенять у поедаемого его ум, мужество, силу, ловкость и т.п., вместилищем каковых признаются отдельные части человеческого тела. Символический каннибализм до сих пор присущ дикарям, обитающим на нашей планете. Так, горные племена Юго-Восточной Африки уверены, что печень является местопребыванием мужества, уши - ума, кожа со лба - стойкости...

Анализ материалов уголовных дел о серийных убийствах показывает, что и люди, приобщенные к современной цивилизации, истово разделяют верования наших первобытных предков. Маньяк Чикатило "лечил" свою импотенцию яичками мальчиков. "Лечение" не помогало, и тогда он овладевал женщиной символически: "Соски молочных желез откусил и проглотил. Имевшимся у него ножом вырезал половые органы, а матку начал грызть, что по его собственному признанию, доставляло удовольствие, так как "она такая красная и упругая" (из материалов уголовного дела). Бездонная глубина сверх жестокости открылась перед потрясенными оперативниками, изобличившими подмосковного вампира Головкина.

Вдоволь насладившись страданиями мальчиков, изощренно пытаемых им, он скальпировал трупы, сдирая с них кожу, одни части тела засаливал, другие - жарил и ел...

Символический каннибализм несет в себе черты ритуального людоедства, когда человека приносят в жертву божеству или другим могущественным силам.

Разница лишь в том, что ритуальный людоед разделяет свою трапезу с неким существом, психологически приближаясь к нему ради будущих выгод. В древности обожествлялись и племенные вожди со всеми вытекающими последствиями. А после смерти вождя он сам попадал на стол к своим подданным, дабы поделиться с ними незаурядными качествами.


2.3 Сравнительная психологическая характеристика серийных сексуальных маньяков и серийных убийц, которыми движет жажда каннибализма


Бесцельно блуждающий маньяк

Разберем пример деятельности одного известного маньяка - характерной и типичной для подобного рода преступлений. Преступник всегда обращался к намеченной жертве с каким-либо предложением: показать дорогу, прогуляться, пойти в кино; иногда это были предложения сексуального плана. Детям он обещал показать что-то интересное, угостить конфетами и т.д.

Он держался так, что ничего настораживающего, пугающего, странного для людей, ставших вскоре его жертвами, не было. Спокойный, вежливый, обходительный, начитанный, матом никогда не ругался и не терпел его в своем присутствии. Одним словом, приятный собеседник. Он знал, кого уводить, куда уводить, как уводить, и расчетливо избегал опасности. Но и в обычной жизни его манеры были такими же - лишь иногда возникали конфликты на работе.

Все это - первая фаза общения маньяка и жертвы. А вот - вторая фаза и ее результат. Оставшись наедине с жертвой в укромном месте, он накидывался на нее подобно кровожадному зверю. Множество прижизненных и посмертных ножевых колото-резаных ран по всему телу (до 70), включая глаза. Вырезанные ножом (сердце, половые органы) или откушенные (соски, язык) части тела. Отрезал головы: один раз - ради удовольствия, другой раз - чтобы скрыть следы преступления.

Эффективность - 100 %: ни одна жертва не смогла вырваться и убежать, и ни одного очевидца! Общее число вмененных (т.е. поставленных в вину) жертв - 52. Из них большинство женского пола (возраст 8-32 года); возраст жертв мужского пола - 7-16 лет.

А вот как выглядело поведение маньяка со стороны - при внимательном наблюдении, результаты которого, к сожалению, не получили своевременной и грамотной оценки.

Мужчина как бы бесцельно расхаживал по залу. Вдруг он изменил ритм движения. В его поле зрения появилась ничем не примечательная, совсем молоденькая девушка в цветастом платье. Он буквально спикировал на нее, что-то сказал и застыл с приоткрытым ртом в ожидании ответа. Девушка откликнулась совсем коротко. Он подхватил ее слова и стал говорить. Выражение лица сразу изменилось: появилась улыбка, глаза заблестели. Девушка резко встала и, не взглянув на мужчину, пошла на перрон...

Взгляд погас в тот момент, когда она повернулась к нему спиной. Минуту-другую он посидел в кресле, как бы для приличия, потом резко поднялся и снова принялся прохаживаться по залу, бросая по сторонам быстрые взгляды...

Несколько раз заметив одинокую молодую женщину, он быстро подходил к ней, как будто увидел старую знакомую, и пытался завести разговор. Каждая из них отвечала ему что-то такое, что его не устраивало, и он, раздосадованный, сразу отходил...

Не менее двух часов он мотался по разным маршрутам. Уже наступил вечер, а он продолжал делать странные, без всякого смысла, пересадки. В пути и на остановках он не оставлял попыток заговорить с незнакомыми женщинами, но делал это как-то нервно, даже пугливо, бросая взгляды через плечо. Никаких знакомств он не завязал - то ли его отшивали, то ли не хотел рисковать.

Уже в центре города он протиснулся в автобусе к высокой светловолосой девушке и, забыв обо всем на свете, вцепился глазами в вырез ее платья. Девушка поймала его взгляд и, не говоря ни слова, быстро вышла на первой же остановке...

Встал и направился на железнодорожный вокзал. Там безмолвно простоял минут двадцать возле крепко спящей женщины. Должно быть, она ему не очень приглянулась, потому что в конце концов он решил ее не будить... Сделал несколько кругов по первому и второму этажам, остановился, нацелился на очередную барышню и завел с ней разговор. Не дослушав, она резко встала и пересела на другое место.

Какой вывод напрашивается из данного наблюдения? Ясно, что это чрезвычайно сексуально озабоченный человек, причем непросто озабоченный, но и плохо владеющий собой, еле удерживающий себя в более-менее приемлемых рамках. И тем более странно и подозрительно, что это не молодой, а солидный человек.

Краткая психологическая характеристика :

IQ ниже среднего 80-95

Социально неполноценен

Живет один, обычно не встречается с людьми.

Невнимательный, лабильный отец.

Эмоционально нестабильный в семье и жесток.

Живет или работает недалеко от места убийств.

Минимальная заинтересованность в новостях.

Обычно недоучивается в средней школе.

Слабо следует гигиене, но хорошо ведет домохозяйство.

Имеет в доме свое секретное место (комнату, тайник и т.д.)

Ночной образ жизни. Или ночные привычки.

Водит старую машину или маленький грузовик. Пикап.

Возвращается на место преступления для "воскрешения" событий убийства.

Может связаться с семьей своей жертвы для игр.

Не следит за ходом расследования, не заинтересован в сфере полиции.

Убивает и оставляет тело в одном месте.

Обычно не оставляет тело нетронутым.

Атакует стремительно.

Опускает жертву до уровня предмета. Вещи.

Оставляет в беспорядке место преступления.

Оставляет множество физических улик.

Дезорганизованный асоциальный.

Личностные особенности:

• Интеллект ниже среднего. Нередко — умственная отсталость.

• Социально неадекватен, дезадаптирован. Не может наладить контакт с людьми, особенно — с противоположным полом. Отвергается обществом. Считается странным. Отсутствует «маска нормальности».

• Неквалифицированный рабочий.

• Пережил не в меру жестокое (неадекватное) обращение в детстве.

• Психически нездоров. Чаще всего — шизофреник или параноик.

• Употребление алкоголя минимальное.

• Живёт одиноко.

• Живёт и/или работает недалеко от места преступления.

• Минимальный интерес к новостям СМИ.

• «Ночной» тип, чувствует себя наиболее комфортно в тёмное время суток.

• Неопрятен, не следит за собой, своим жильём, автомобилем (если есть). Рассеян, в том числе — при убийстве.

• Имеет «потайные» места.

Преступное поведение:

• Преступление спонтанно.

• Тревожно-беспокойное состояние во время убийства.

• Жертва непокорна, нападает внезапно — импульсивно (блиц-атака) и/или «слепо» (блинд-атака).

• Жертва неизвестна. Нет даже определённого образа жертвы — ей может стать любой человек.

• Жертва деперсонализирована, воспринимается как объект.

• Разговор с жертвой минимальный или отсутствует вообще.

• Сцена преступления — хаотичная.

• Жертва свободна, не связана.

• Орудие убийства часто заранее не готово, используются подручные средства.

• Убивает недалеко от места жительства и/или работы.

• Часто — извращения: некрофилия, некрофагия («разгрызание» трупа жертвы), некросадизм, каннибализм, вампиризм, фетишизм…

Постпреступное поведение:

• Не старается избавиться от улик, скрыть труп, устранить(ся от) свидетелей.

• Старается повторно испытать приятные ощущения. Для этого возвращается на место убийства. Может прийти на могилу жертвы. Может даже написать «сочувственное» письмо. Может вести «преступный» дневник, иметь аудио- или видео-записи своих убийств, фотографии, сделанные на месте убийства. Может собирать вырезки из криминальной хроники.

• Может «удариться» в религию.

• Может сменить место жительства (но поселится недалеко от прежнего, а если далеко, то в похожем доме в похожей местности) и/или место работы. Иногда может попытаться завербоваться на военную службу (к которой часто непригоден).

• Отсутствует рефлексия — не осмысливает себя и свои преступления.

К любому потенциальному убийце или насильнику общество вынуждено относиться, как к законопослушному гражданину, - пока он не совершил преступления.

Этого требует классический принцип "презумпции невиновности".

Гражданин считается невиновным до тех пор, пока не будет доказано обратное.

Суду для принятия решения необходимы не предположения, а точные доказательства. Следовательно, правоохранительные органы имеют основания действовать только после совершенного преступления: выслеживать, выявлять, изобличать неопровержимыми уликами и лишь затем на суде определять меру наказания.

Изобличение и изоляция преступника от общества предотвращают повторные его злодеяния, но ничем не могут помочь жертве первого преступления, при котором и выяснилось, что данный индивид - преступник. Для того чтобы начать действовать реально, а не только потенциально (самой угрозой наказания в том или ином случае), закону необходима убедительная жертва. Ведь черту закона индивид преступает именно фактом преступления, действием, а не скрытыми для окружающих внутренними побуждениями.

Таким образом, возможности общества в борьбе с преступлениями имеют вероятностный, статистический характер: многих такая борьба спасает от повторных преступлений. Но она ничего не дает первой жертве. Инициатива противоправных действий всегда за преступником, а действие закона всегда имеет ответный характер.

Конечно, некоторое значение имеет и общая профилактика преступлений: изучаются их причины, оцениваются личностные черты разного рода преступников. Но конкретно сделать что – либо с выявленным патологическим типом согласно закону нельзя, пока он черты закона не переступил. Правда, в последнее время стали все более четко понимать, что подобных типов следует своевременно выявлять и лечить - пока дело не дошло до преступления. Но такое понимание приходит лишь постепенно и на основании горького и убедительного опыта.

Если преступление сорвалось, и жертве не было нанесено серьезного ущерба, то даже изобличенный в своих намерениях преступник наказывается много легче, чем в случае полного их завершения. И нередко случается так, что наказание не предотвращает последующих попыток аналогичного характера, более "удачных".

Отсюда следует принципиально важный вывод: необходимо уметь защищать себя самостоятельно, не полагаясь на правоохранительные органы. В случаях с сексуальными маньяками это вполне возможно, поскольку они действуют в одиночку, а само преступление совершается в две фазы.

Первая фаза - заманивание. На этой фазе преступник высматривает возможную жертву, приближается к ней и старается расположить к себе. Чем? - Корректным и даже галантным обращением, различными обещаниями и предложениями. С виду это настолько обычные, не нарушающие закона действия, что нередко они происходят в присутствии многих других людей, которые (как и жертва) не догадываются об их смысле.

Вторая фаза - собственно насилие. Оно совершается в укромном месте, один на один с жертвой, в условиях, когда никто ей не может придти на помощь. Поэтому главное для возможной жертвы - не оказаться во власти незнакомого человека хотя бы на самое непродолжительное время.

Эффективность индивидуальной профилактики при общении с возможным маньяком более высока, чем эффективность общественной профилактики и усилий правоохранительных органов еще и по той причине, что потенциальная жертва имеет возможность действовать до его насильственных действий, а не после них. И распознать маньяка ей легче, чем работникам правоохранительных органов, поскольку с нею он ведет себя иначе, чем с ними.

Маньяк – каннибал Николаев

Самым знаменитым людоедом России называют 43-летнего уроженца Новочебоксарска Владимира Николаева, отбывающего в настоящий момент пожизненное заключение в колонии "Черный дельфин" (Соль-Илецк, Оренбургская область). Поначалу осужденные боялись находиться с Николаевым в одной камере. Все-таки людоед. Но Николаев оказался на редкость смирным. "Я вас не трону, и вы ко мне не лезьте", - заявил он соседям.

Несколько лет назад после пьяного застолья Николаев ударил собутыльника по голове и заснул, а утром обнаружил, что дружок мертв. Тогда Николаев оттащил труп в ванную, где кухонным ножом отрезал жертве голову, руки и ноги, а затем отрезал кусок мяса и сварил. Когда вечером у Николаева собралась компания, хозяин потчевал гостей человечиной, не объясняя, что за мясо у него на столе.

Спустя несколько месяцев - аналогичная история. В этот раз, потчуя товарищей, людоед оставил себе сердце, почки и печень убитого: по его собственным словам, он их "сам очень любит и делиться не намерен ни с кем". О происшедшем Николаев рассказывал с ухмылкой. По его словам, часть мяса он отнес на базар: "Покупателям говорил, что это кенгурятина. Продал-то я немного, килограммов пять, может, наберется". На вырученные деньги Николаев купил денатурата, а вечером сделал себе пельмени. С человеческим мясом.

Краткая психологическая характеристика Николаева:

IQ ниже среднего 65-80

Социально адекватен.

Живет с партнером или часто встречается с людьми.

Может быть стабильным отцом.

Физически нестабильный в семье и жесток.

Географически и территориально весьма мобильный.

Не может иметь университетского образования.

Следит за гигиеной, хорошо ведет домохозяйство.

Обычно не имеет тайного места.

Дневной образ жизни. Дневные привычки.

Водит заметную машину. (Яркие краски и т.д.)

Возвращается на место преступления для того, чтобы следить за работой милиции.

Часто контактируется с милицией для ведения своих игр.

Заводит дружбу с работниками правоохранительных органов, посещает их частые заведения.

Не экспериментирует по оказанию психологической помощи по другим людям.

Убивает в одном месте, затем перемещает тело в другое.

Может расчленить тело и употреблять его части в пищу.

Может соблазнять жертву, играть с ней. Ведет себя сдержанно.

Сохраняет личность по отношению к жертве. Может общаться с ней.

Место преступления оставляет нетронутым.

Оставляет мало физических улик.

Организованный несоциальный.

Личностные особенности:

• Знакомится с людьми и меняет места работы без особого труда. Имеет хорошую работу.

• Сексуально компетентен с партнёром. Партнёров сменяет. Иногда имеет семью. Но чаще довольствуется внебрачными связями.

• Жёсткая дисциплина в детстве.

• Настроение контролируемое.

• Обаятелен. Производит благоприятное впечатление. Создаёт видимость профессиональной квалификации (которой на самом деле часто не имеет).

• Действует по ситуации.

• Мобилен. Много ездит по стране (часто — по роду занятий) или даже по разным странам. При этом чувствует себя комфортно вдали от дома. Лёгок на подъём.

• Следит за прессой.

• Отвергает общество, считает его недостойным себя. Сводит знакомства лишь с «избранными».

• Примерный заключённый.

Преступное поведение:

• Преступление планирует заранее — приблизительное время, место, способ совершения, подход к месту и отход, а также запасной путь отхода на «экстренный» случай.

• Жертву выбирает целенаправленно. Заранее имеет определённый образ жертвы (возможно, не один). Иногда выбирает даже конкретного человека.

• Жертва персонализирована.

• Разговаривает с жертвой. Разговор контролируемый. Часто — для устрашения.

• Сцена преступления — контролируемая.

• Жертва — покорная.

• Жертва часто связана.

• Агрессивные перемещения — поиск и преследование (сталкинг) подходящей жертвы.

• Орудие убийства готовит заранее. Иногда готовит специальную одежду, которая затем уничтожается.

Постпреступное поведение:

• Возвращается на место убийства.

• Следит за информацией о преступлениях.

• Вступает в контакты с полицией/милицией. Может даже сотрудничать.

• Способен иногда выходить из-под прямого подозрения.

• При допросах после задержания состредочен, может предвосхищать вопросы следователей и готовить заранее ответы на них. Способен не поддаваться на ложные доказательства. Но при этом ценит «сильного врага» — компетентного следователя.

• Заботится об уничтожении улик и сокрытии трупа. С этой целью часто перемещает труп. Может даже увезти труп далеко от места убийства. Может оставить труп в что-либо демонстрирующей позе.

• Старается устранить(ся от) свидетелей.


В первобытных обществах всегда считалось обыденным делом полакомиться воином из враждебного племени. Наши далекие предки думали, что вместе с сердцем убитого в человека приходит и его храбрость, а вместе с мозгом – его ум. Подобные обычаи до сих пор распространены на некоторых островах Юго-Восточной Азии, в Южной Америке и Центральной Африке, там, где охотники за головами еще не подвержены влиянию цивилизованного мира. Казалось бы, каннибализм – это явление, распространенное среди исключительно диких племен, но оказывается, что никто не застрахован от того, что сам он станет людоедом или его жертвой. Одним из самых сильных стимулов у маньяков и серийных убийц, толкающих к людоедству, влечение к получению наслаждения и удовольствия.

Заключение


По итогам контент анализа, то есть анализа российских и зарубежных литературных источников можно сделать следующее заключение:

Серийные убийцы обладают определенными чертами личности, среди которых наиболее явно выделяются: отчуждение от социума, замкнутость, лабильность, эмоциональная депривация, плохая приспособленность к социуму, агрессивность, низкая способность к адаптации, ригидность мышления, некая заторможенность поведенческих реакций. Серийные преступники также гиперчувствительны к межличностным взаимодействиям.

Психологические особенности серийных преступников можно рассматривать как предрасположенность к совершению преступления, то есть как свойства личности, понижающие криминогенный порог.

С учетом рассмотренной и проанализированной литературы по данному вопросу можно сделать вывод, что личность преступника отличается от личности законопослушного гражданина определенными психологическими особенностями, специфичными для человека преступающего нормы закона.

Причинами преступности можно считать генетическую предрасположенность, употребление алкоголя и наркотиков, особенности воспитания, социальной среды, которая окружает человека и его собственной активной жизненной позицией.

Мотивами серийных преступников являются: манипуляция, доминирование, контролирование, сексуальная агрессия (страсть).

Проявление истинного психологического статуса серийного убийцы должны были быть детерминированы механизмами психической защиты, в первую очередь механизмом вытеснения и сублимации.

Психиатры поделили маньяков на три группы. Первые, совершающие преступления на сексуальной почве, под влиянием так называемого "основного инстинкта". Вторые, это те, кто идет на внешне немотивированное жестокое убийство. И, наконец, последние – людоеды, каннибалы.

По словам известного российского специалиста в области психиатрии , за последние пару лет известно по крайней мере десять случаев каннибализма. Всех эти люди считаются отклоняющимися от нормы.

В психиатрии точка зрения более сложная. Существует два четких критерия: вменяем человек или нет. Если человек осознает, что делает, то вменяем, если не осознает - нет". В подавляющем большинстве случаев современная российская психиатрия признает маньяков вменяемыми, а значит, подпадающими под уголовную ответственность. Есть и те, кто совершает серийные преступления под влиянием, например, галлюцинаций, но таких крайне мало.

Распознать маньяка неспециалисту почти невозможно. Это общее мнение и милиционеров и психиатров. Маньяки, ощущая в себе определенные странности, стараются хорошо одеваться, ясно говорить, словом, не выделяться из толпы. Они даже стараются выглядеть чуть лучше других. Делают все, чтобы не вызывать подозрений.


Литература


1.       Абульханова-Славская К.А. Стратегии жизни. – М., 1991. – 186 с.

2.       Аванесов Г., Вицин С. Прогнозирование и организация борьбы с преступностью. М., 1972. – 12 с.

3.       Алферов Ю.А., Байдаков Г.П., Лакеев А.А. Роль общеобразовательного и профессионально-технического обучения в исправительно- трудовом воздействии на осужденных // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 61 – 71.

4.       Алферов Ю.А., Середа Е.В., Козюля В.Г. Наркоманы в ИТУ: личность и поведение // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 46 – 54.

5.       Алферов Ю.А., Черносвитов Е.В. Методика изучения особенностей характера осужденных в условиях ИТУ и вопросы воспитательной раоты // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 64 – 79.

6.       Альбрехт Э.Я. Изучение эмоционально-волевой сферы подростков-олигофренов с декомпенсацией в пубертатном периоде методом ТАТ // Социально-психологическое изучение личности несовершеннолетних, совершивших преступления: Сб. науч. тр. / Отв. ред. проф. Г.М. Миньковский. – М., 1977. – С. 122 – 129.

7.       Антонян Ю.М. Личность преступника – индивидуальная профилактика преступлений: сопоставление и выводы // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 3 – 10.

8.       Антонян Ю.М. Методика ТАТ в изучении личности преступника // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 4 – 16.

9.       Антонян Ю.М., Голубев В.П., Квашис В.Е., Кудряков В.Н. Некоторые отличительные особенности неосторожных преступников // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 10 – 17.

10.   Антонян Ю.М., Гульдан В.В. Использование теста Роршаха в криминологическом исследовании // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – с. 17 – 24.

11.   Арсеньева М.И. Применение автобиографического метода для ретроспективного изучения личности несовершеннолетнего правонарушителя // Социально-психологическое изучение личности несовершеннолетних, совершивших преступления: Сб. науч. тр. / Отв. ред. проф. Г.М. Миньковский. – М., 1977. – С. 29 – 41.

12.   Артамонов В.В. Исправление и перевоспитание осужденных в Республике Никарагуа // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 122 – 129.

13.   Бажин Е.Ф., Крылова Г.А. О терминологическом разнообразии обозначений эмоционально-окрашенной речи // Восприятие языкового значения: Межвуз. сб. / Отв. ред. А.П. Журавлев. – Калининград: КГУ, 1980. – С. 138 – 143.

14.   Байдаков Г.П. Правовые и психолого-педагогические аспекты индивидуальной воспитательной работы с осужденными // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 100 – 113.

15.   Байдаков Г.П., Шамис А.В. Реализация принципа социалистического гуманизма в процессе исправления и перевоспитания осужденных // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 90 – 100.

16.   Баяхчева Г.П., Саблина Л.С. Автобиографический метод дифференициации умственно отсталых и педагогически запущенных несовершеннолетних осужденных // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 25 – 31.

17.   Березина Т.Н. Методики исследования глубинных особенностей личности: Методическая разработка. – М.: Изд-во «Институт психологии РАН», 1997. – 48 с.

18.   Березина Т.Н. Юнгианская типология личности и трансспектива времени // Сознание личности в кризисном обществе. – М.: ИП РАН, 1995. – С. 160 – 172.

19.   Варфоломеев А.П. Спорные вопросы психометрического шкалирования методом семантического дифференциала // Восприятие языкового значения: Межвуз. сб. / Отв. ред. А.П. Журавлев. – Калининград: КГУ, 1980. – С. 101 – 111.

20.   Верещагин В.А. Поведение в ИТК осужденных за кражи личного имущества граждан и прогнозирование рецидива // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 71 – 83.

21.   Верещагин В.А., Мокрецов А.И. Межличностные конфликты осужденных и их предупреждение // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 80 – 90.

22.   Гульдан В.В., Позднякова С.П. Личность сексуального преступника с психическими аномалиями // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 17 – 28.

23.   Долгова А.И. Правосознание в механизме преступного поведения и его дефекты у несовершеннолетнего правонарушителя // Вопросы изучения и предупреждения правонарушений несовершеннолетних. – Ч. 1. – М., 1970. – С. 142 – 149.

24.   Долгова А.И., Беляева Н.В. Криминогенная микросреда общения и методики исследования // Социально-психологическое изучение личности несовершеннолетних, совершивших преступления: Сб. науч. тр. / Отв. ред. проф. Г.М. Миньковский. – М., 1977. – С. 62 – 74.

25.   Ермаков В.Д., Савинкова Е.Н. Применение методики «незаконченных предложений» при криминологическом изучении личности несовершеннолетнего правонарушителя // Социально-психологическое изучение личности несовершеннолетних, совершивших преступления: Сб. науч. тр. / Отв. ред. проф. Г.М. Миньковский. – М., 1977. – с. 53 – 61.

26.   Каретников И.В. Введение в пенитенциарную (исправительно-трудовую) криминологию // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 113 – 122.

27.   Квашис В.Е., Цагикян С.Ш. Личность взяточников и некоторые особенности их преступной деятельности ( по материалам Армянской ССР) // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 28 – 38.

28.   Кириллов В.И., Старченко А.А. Логика: Учеб. для вузов. - М., 2001. – 321с.

29.   Клейберг Ю.А. Психология девиантного поведения: Учеб. пособие для вузов. - М., 2001. – 435 с.

30.   Кормщиков В.М. Изучение механизма формирования личности несовершеннолетнего правонарушителя // Социально-психологическое изучение личности несовершеннолетних, совершивших преступления: Сб. науч. тр. / Отв. ред. проф. Г.М. Миньковский. – М., 1977. – С. 15 – 28.

31.   Кудрявцев В. Причинность в криминологии. - М., 1968. – 154 с.

32.   Кудряков Ю.Н. Шестнадцатифакторный опросник Кеттелла в криминологическом исследовании личности преступника // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 43 – 50.

33.   Кудряков Ю.Н., Голубев В.П. Ассоциативный рисуночный тест: основы интерпретации и опыт применения // Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – С. 31 – 43.

34.   Кудряков Ю.Н., Голубев В.П. Психологиеские особенности осужденных, нарушающих режим и проблемы индивидуального воздействия // Личность преступника и индивидуальное воздействие на них: Сб. науч. тр. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1989. – С. 54 – 64.

35.   Кулаков С.А. На приеме у психолога - подросток: Пособие для практ. психол. - СПб., 2001. – 213 с.

36.   Курганов С.И. Детерминизм и личность преступника //Личность преступника: методы изучения и проблемы воздействия: Сб. науч. тр. / Отв. ред. Ю.М. Антонян. – М.: ВНИИ МВД СССР, 1988. – с. 83 – 95.

37.   Леонтьев Д.А. Психология смысла: природа, строение и динамика смысловой реальности. – М.: Смысл, 1999. – 487 с.

38.   Мейер В., Чессер Э. Методы поведенческой терапии. - СПб., 2000. – с 234 с.

39.   Нагаев В.В., Толстов В.Г., Толстов В.В. Основные направления социально-психологической, психотерапевтической и правовой реабилитации девиантов // Вестник психосоциальной и коррекционно-реабилитационной работы. - 2001. - №3. - С.40-46.

40.   Подростки "группы риска" // Практическая психология образования: Уч. пос. для вузов / Под ред. И.В. Дубровиной. - М.: Просвещение, 2003. - С.376-401.

41.   Полтавцева А.О. Молодежные девиации в Приморье // СоцИс. - 2003. -№4. - С.135-138.

42.   Профилактика агрессивных и террористических проявлений у подростков: Метод. Пособие / С.Н. Ениколопов, Л.В. Ерофеева, И. Соковня и др.; под ред. И. Соковни. – М.: Просвещение, 2002. – 158 с.

43.   Профилактическая работа по предупреждению правонарушений среди учащихся: Методические рекомендации. - Йошкар-Ола: Марий Эл учитель, 2001. - 24 с.

44.   Психология деструктивных культов: Профилактика и терапия культовых травм //Журнал практического психолога. Спец. вып. - М., 2000. - № 1-2.

45.   Романов В.В. Юридическая психология Учебник-М: Юристъ, 2005.- 588 с.

46.   Самохина А.А. Социально-психологическая деформация как причина деликвентного поведения // Прикладная психология. - 2000. - №3. - С.46-55.

47.   Селиванова О.А. Личностно-значимые условия реинтеграции "уличного" подростка в социум // Педагогика. - 2004. - №1. - С.56-61.

48.   Сергиенко А., Симонова М. Смогут ли центры досуга соперничать с криминальной улицей? // Первое сентября. - 2000. - №27. – 6 с.


Страницы: 1, 2


© 2010
Частичное или полное использование материалов
запрещено.