РУБРИКИ

Доклад: Особенности совершения всенощного бдения в монастырях святой Горы Афон

 РЕКОМЕНДУЕМ

Главная

Правоохранительные органы

Предпринимательство

Психология

Радиоэлектроника

Режущий инструмент

Коммуникации и связь

Косметология

Криминалистика

Криминология

Криптология

Информатика

Искусство и культура

Масс-медиа и реклама

Математика

Медицина

Религия и мифология

ПОДПИСКА НА ОБНОВЛЕНИЕ

Рассылка рефератов

ПОИСК

Доклад: Особенности совершения всенощного бдения в монастырях святой Горы Афон

Доклад: Особенности совершения всенощного бдения в монастырях святой Горы Афон

М. М. КЛИМЕНКО

Особенности совершения всенощного бдения в монастырях святой Горы Афон

Святая Гора Афон занимает исключительное место в Православном мире.

Афон, избранный Самой Пресвятой Богородицей в удел, место особого попечения

Божией Матери, уже с IX века становится крупнейшим духовным центром

Византийской империи. С этого времени и до сего дня, несмотря на

многочисленные нашествия иноверцев и варваров, Афон продолжает быть

единственным в мире местом, где сосуществуют, сохраняя и развивая свои

традиции (в том числе и литургические), несколько направлений

восточного православного монашества.

Первыми насельниками Святой Горы были отшельники, знаменитые

подвижники египетских, сирийских и палестинских монастырей и скитов,

которые оставили свои обители, спасаясь от нашествия арабов. Несчастные

изгнанники тысячами ринулись в Константинополь, прося защиты у

императора. В 680 году император Константин Погонат своим хризовулом

(указом) отвел им для жительства уединенный Афонский полуостров и тем

же указом закрепил за монахами право вечного владения Святой Афонской

Горой. Поэтому и богослужение на Афоне вплоть до Х века совершалось по

различным скитским уставам, принятым у палестинских келлиотов. Такой

порядок сохранялся еще долгое время после основания первых монастырей. Это

видно из того, что КиевоПечерский игумен Досифей в XIII веке заимствовал

на Афоне устав келейного правила, а митрополит Киприан (1390-1406)

в своей редакции Псалтири большое место отвел афонским особенностям

келейного совершения суточного богослужения. К этому же времени

(XIII в.) относится Типик, или Устав, Карейской келлии, составленный

святым Саввой Сербским дня монаха, живущего в устроенной им

безмолвнице, получившей отсюда название "типикарница". Порядок служб по

этому Уставу близок к обычному, с той лишь разницей, что ежедневно

должна быть прочитываема вся Псалтирь; кафизмы, не вошедшие в состав

богослужений суточного круга, должны прочитываться в промежутке между

ними. На утрени, 3-м, 6-м и 9-м часах в продолжение всего года читается по

три кафизмы. В субботу вечером совершается всенощная особого

состава: Трисвятое, псалом 50, канон, чтение из Евангелия, после

Шестопсалмия - три-четыре кафизмы. Далее служба идет обычным порядком, но

библейские песни стихословятся отдельно, и уже за ними следует канон

воскресный или святому. На Афоне же появилось "Постническое, или

скитское, последование", составленное в XIV веке монахом Феодулом

Фикарою. Это последование было переведено на славянский язык и в 1620 году

издано в Вильне архимандритом Леонтием Карповичем.

Иерусалимский устав вошел в употребление на Афоне в период его

повсеместного распространения на Православном Востоке, когда

богослужебные особенности палестинских монастырей уступили в нем место

порядкам, сложившимся под влиянием литургических традиций

Константинополя. На Православном Востоке в целом в условиях турецкого

завоевания Иерусалимский устав был подвергнут серьезным сокращениям, что в

конце концов привело к принятию Константинопольского устава 1838 года. Афон

же не только сохранил Иерусалимский устав, но и значительно обогатил его

богослужебными традициями различных монастырей. Поэтому в современной

богослужебной практике святогорцы игнорируют печатные издания

Иерусалимского устава (1545, 1577 гг. и т. д.), но каждый монастырь

пользуется исключительно своим рукописным типиконом.

Это обстоятельство дало повод профессору А. А. Дмитриевскому,

замечательному русскому литургисту и многократному паломнику на

Святую Гору, говорить о Святогорском уставе.

По Дмитриевскому, Святогорский устав, возникший из описаний местных

монастырских обычаев, существовал уже в XI веке. При этом он ссылается на

Никона Черногорца, известного литургиста того времени, который в своих

Пандектах и Тактиконе пользуется уставом Святогорским наравне со

списками Иерусалимского и Студийского уставов. Говоря о развитии

Святогорского устава, Дмитриевский приводит рукописный типикон из

Ватиканской библиотеки, который озаглавлен "Типикон Лавры святого Саввы и

Лавры святого Афанасия на Афоне" и датируется 1373 годом.

Не сообщая никаких сведений об истории Святогорского устава в XII-XVI

веках, Дмитриевский связывает современный Святогорский типикон с

типиконом Дионисиатского монастыря, составленным в 1624 году неким

иеромонахом Игнатием. При этом Дмитриевский приводит свидетельства

современных ему афонских типикарей, говорящие о распространении

Дионисиатского устава и авторитете, которым он пользуется в святогорских

монастырях.

Но прежде чем приступить к описанию практического осуществления

Святогорского типикона, необходимо сказать несколько слов об устройстве

святогорских храмов, так как без этого останутся непонятными многие

особенности совершения всенощного бдения на Афоне. Планы афонских

соборных храмов кафоликонов очень схожи. Исключение составляет только

храм Протата в Карее, построенный по образу раннехристианской

однонефной базилики. Остальные соборы представляют в плане равноконечный

византийский крест, закругленный с восточной стороны. Часто к алтарной

апсиде примыкают по бокам диаконник (справа), служащий хранилищем

священных сосудов и местом собрания диаконов во время богослужения, и

жертвенник (слева).

В центре алтаря стоит престол, над которым возвышается сень, или киворий,

с главою на четырех тонких столбах. Под ним висит дароносица артофорий в

виде голубя или небольшой церковки. За престолом стоит большой крест;

как правило - это один из ктиторских вкладов в монастырь. Семисвечники

есть далеко не во всех храмах. На горнем месте стоит кафедра епископа

или (как в Протатском храме и Ватопеде) чтимая икона Богоматери Боковые

апсиды отделены от алтаря завесами. Когда начинается освящение Святы: Даров

на литургии, их задергивают, как и завесу Царских врат. В тех храмах, где

боковых апсид нет, завесы висят на прутьях, протянутых вокруг престола.

Иконостас святогорских храмов невысокий, часто двухъярусный. По

традиции, его венчает крест с Распятием, с предстоящими по бокам

образами Богоматери и святого Иоанна Богослова. Эта композиция

устанавливается на двух фантастических китах, искусно вырезанных из

дерева. Головы китов соединены, и их раскрытые пасти поддерживают Распятие,

а на высоко поднятых хвостах стоят в резных овалах образы Богоматери и

святого Иоанна Богослова. По объяснениям самих святогорцев, эти киты

являются символическим напоминанием о трехдневной смерти Спасителя и Его

славном Воскресении из мертвых, прообразом которого является трехдневное

пребывание пророка Ионы в китовом чреве (Ион. 2, 1; Мф. 12, 40). Под

каждой из икон в местном чине, а также перед всем" отдельно стоящими

иконами (в том числе и настенными изображениями Христа и Богоматери на

перегородке между главной частью храма и литийным притвором повешена

небольшая иконка, к которой прикладываются после службы.

Возле правой колонны, ближе к Царским вратам стоит аналой, именуемый

проскинитарием. Этот аналой сделан из мрамора или ценного дерева с

инкрустацией из перламутра, слоновой кости и черепахи. На нем во время

праздничных бдений полагается икона праздника, а в остальные дни -икона

ктитора монастыря или праздника, которому посвящена обитель.

За левой колонной установлена икона Божией Матери, почитаемая в

монастыре, или большая икона с изображением святого ктитора монастыря, а

за правой, возле проскинитария, - большая икона святого или праздника,

которому посвящен монастырь. В боковых закруглениях установлены

деревянные формы, или стасидии, для левого и правого хора певчих и

почетных старцев. Во время праздничных бдений в стасидиях с правой

стороны стоят губернатор и прочие представители светских властей, а с

левой стороны - делегаты от монастырей и прочие духовные лица, приглашенные

на праздник.

Исключение составляет храм Протата, где все стасидии справа и слева

от архиерейской кафедры имеют таблички с названиями 20-ти святогорских

монастырей, и их занимают антипросопы, то есть избираемые от

каждого монастыря представители в Священном Киноте. Игуменскую стасидию

занимает Протепистат, или Прот - председатель Священного Кинота.

Ближайшие к иконостасу стасидии занимают: типикарь, так как типикарница

(шкаф с богослужебными книгами) обычно находится за правой восточной

колонной, которая поддерживает купол; канонарх и экклисиархи. С правой

стороны, при входе на середину храма, под резной сенью находится на

возвышении епископская кафедра, изготовленная обычно из ценных пород

дерева. Справа от нее - стасидия игумена, такая же, как и остальные, но

с более вычурной резьбой. В этой стасидии игумен стоит в обычные дни или

когда праздничное богослужение возглавляет архиерей.

На левой стороне храма, параллельно первой кафедре, находится вторая,

несколько меньшая по размеру и скромнее украшенная. Она используется

редко, при служении двух епископов.

Середину купола во всех храмах занимает хорос , которому дал подробнейшее

описание В. Григорович-Барский (XVIIIв.). "Хорос, - пишет Барский, - по-

гречески не что ино знаменует, точию лик торжествующих и чинно окрест

стоящих. Есть убо сей хорос некий обруч медный, равною мерою с главою

храма соделанный, весь сквозе дыряв изваянный, с преплетением

различных тонко изрытых цветов, птиц и животных, с частыми пределами

орлов двое-главных и некиих кругов наподобие башень, висит же оцеплен к выи

главной храма на двадесяти поясах, тоеюжде штукою и художеством

излиянных... Ни-жае же обруча онаго такожде тонко излиянные некий дискоси

дирявые, наподобие решет, или кадильниц висящие, тяготы ради и праваго

висения хороса, нижае же тех висят кисти шелковые, красоты ради; с верху

же окрест всего хороса обстоят на остротах водруженные свещи многи... иже

никогда все не запаляются, точию некие определенныя от них нарочно

зажигаются в дни праздничные... от них же неугасаемы суть числом тридесят

три". В центре "некиих кругов" сделан проем (арка), в котором подвешена

небольшая икона-таблетка с двусторонним поясным изображением мученика или

апостола.

В середину хороса из купола спускается на цепи многоярусное

паникадило со множеством свечей. Кроме него в храме по бокам есть еще

четыре паникадила. Перед крестом, венчающим иконостас, висят небольшие

лампады с крестом и двумя высокими и толстыми свечами. Такая же лампада

висит и над главным входом в эту часть храма, где по обычаю изображается

Успение Богоматери или "Спас Недреманное Око".

Пол храма вымощен мозаикой из разноцветных мраморных плит. Под

хоросом, напротив Царских врат, выложены разноцветным мрамором два

четырехугольника, находящиеся один в другом. Между ними на каждой стороне

имеется по три круга: один в середине и два по углам. Такой же круг,

большего размера, именуемый в Святогорском типиконе омфалион ("пуп"), есть

и в середине четырехугольников. Нередко в нем находится рельефное мраморное

изображение двуглавого орла. На него обычно ставится дискеллий - особый

складной аналогий, и там читаются паремии и положенные за бдением поучения и

синаксарь. Аналогичные прямоугольники, чуть поменьше, находятся по бокам

храма. В их центре стоят тумбы-аналогии, на которые певчие кладут

необходимые книги.

Эту центральную часть храма, которая именуется главным храмом кириос

наос, отделяет от следующей, называемой внутренним, или литийным,

притвором, исонарфикс, или лити, стена, которая доходит до арок,

соединяющих колонны центральной части храма с внутренним притвором. В стене

есть три двери, из которых средняя по размеру и большая

задергиваются завесой. Эти двери украшены тонкой инкрустацией из различных

пород дерева, перламутра и черепахи и потому называются красными, ореэ.

По сторонам красных врат на стене изображаются Христос и Богоматерь, как и в

иконостасе. Входят в храм обычно боковыми вратами, а не красными,

которые открываются только во время праздничных богослужений. По

сторонам внутреннего притвора и за колоннами также находятся стасидии.

Игумен стоит в стасидии за правой колонной, рядом с красными вратами, во

время чтения часов, повечерия и полунощницы, а в стасидии за правой

колонной возле выходной двери - во время литии.

Над внутренним притвором в некоторых храмах устроены катихумены, или

хоры, с большими окнами, обращенными внутрь храма.

Почти все соборы на Святой Горе кроме внутреннего притвора имеют еще

внешний притвор - эксонарфикс, по размерам значительно меньший первого и

отделенный от него капитальной стеной. Во внешний притвор можно войти с

паперти через дверь, находящуюся посередине, но часто имеются и две боковые

двери. Во внешнем притворе, справа от входа в храм, стоит больших

размеров мраморная стасидия, в которой игумен садится после ктиторских

панихид и панихид в пяток вечера перед Мясопустной и Троицкой субботами. За

этой стасидией по обеим сторонам входной двери тянутся скамьи, на

которых в этих случаях сидит братия монастыря. Певчие размещаются в

стасидиях на противоположной стороне.

Все афонские монастыри придерживаются византийского отсчета времени,

согласно которому день начинается с захода солнца. Каждую субботу, когда

заходит солнце, главные часы монастыря устанавливаются на отметке

"12". Исключение составляет Иверский монастырь, где отсчет времени ведется

от восхода солнца, как было у древних христиан. Вседневный суточный

круг богослужений начинается в 9 часов вечера (по европейскому времени

6 часов вечера) вечерней, которой предшествует 9-й час со своим

отпустом. По отпусте вечерни бывает "исхождение" - эксодиастикон,

когда братия с пением мертвенных тропарей ("Со духи праведных скончавшихся"

и так далее) исходит в литийный притвор - место обычного захоронения

ктиторов - и совершает краткую заупокойную литию. Затем следует

трапеза (если она положена по уставу) и сразу после нее - повечерие. Как и

9-й час, оно совершается в литийном притворе. Завеса, отделяющая притвор

от главной части храма, задернута. Канон на повечерии поется, а не читается.

По этому поводу Григорович-Барский замечает: "Каноны нигдеже вне чтут, но

всегда поют, и на утрени и на повечернице... Еще же поют и троична, по

неделям, с приглашением "Слава Тебе, Боже наш, слава Тебе" сицевым

способом: 1-ю и 3-ю песнь зело низким и тихим гласом, яко едва

слышатися, 4-ю, 5-ю и 6-ю, - мало вышным, от 7-й же еще вышным, даже

до окончания канона. Последи же точию два поют троична: "Достойно есть

славити Тя`, Троице Святая, воспоем вей боголепно", также "Из мертвых

видевши Твоего Сына" и "Достойно есть, яко воистинну" и прочая, до

конца утрени", к которой присоединяется 1-й час, со своим отпустом.

По Ксенофскому типикону, в притворе "творит чредной иерей поклон игумену и

диаваст (чтец), благословившись, читает повечерие, когда же прочтет

"Верую", отходит канонарх на средину и канонаршит обычный канон Октоиха

Божией Матери, и поем медленно и благоговейно и по окончании его читаем

икосы Богородицы медленно и с чувством. По исполнении же их диаваст

продолжает чтение повечерия".

Повечерие оканчивается Чином Прощения, который совершается

следующим образом: иерей по отпусте делает поклон стоящему на середине

храма игумену, затем братия подходит к игумену, кланяется ему до земли и

берет благословение. Перед этим братия по кругу обходит литийный притвор и

прикладывается ко всем иконам, начиная с образов Христа и Богоматери. Во

время этого трогательного чина поется стихира праздника или святого,

которому посвящен монастырь (в Ватопеде - "Красоты девства Твоего").

В некоторых монастырях, например, Ватопеде, канон на повечерии из

Октоиха поется на вечерне после стихир на стиховне, а во время

повечерия совершается чтение акафиста "Взбранной Воеводе" перед

чудотворной иконой Божией Матери. Во всех обителях, кроме Русской, во время

повечерия или сразу после него виматарий (обычно - иеромонах) выносит из

алтаря на середину храма святые мощи, имеющиеся в монастыре. Паломники

слушают рассказ о монастыре и его святынях, после чего кланяются

святым мощам, которые затем уносятся обратно в алтарь.

В Русском Пантелеимоновском монастыре сразу после повечерия

совершается общая исповедь, после которой духовник исповедует братию и

паломников.

Утреннее богослужение в будни начинается в 7 часов (по европейскому

времени 4 часа утра) полунощницей. Затем следуют утреня, 1-й, 3-й и 6-й

часы и литургия. Почти во всех монастырях на Святой Горе ежедневно

поется молебный канон Божией Матери. Это пение совершается

непосредственно перед дневной трапезой, но в некоторых обителях ради

удобства - сразу же после литургии.

1-го числа каждого месяца во всех монастырях совершается чин малого

освящения воды.

Одной из богослужебных особенностей афонских монастырей является то, что

в будние дни все последования, кроме литургии, совершаются в

кафоликоне. Литургию же служат одновременно в нескольких небольших

храмах-параклисах, которых в каждом монастыре насчитывается от 10 до 30.

Такой обычай возник в древности, когда в монастырях устраивалось большое

количество приделов для ежедневного служения заздравных и заупокойных

литургий. Исключение составляют Ватопед и Русский монастырь. В первом

литургия служится в кафоликоне каждый четверг, в память о чудесном

избавлении Божией Матерью Ватопеда от нападения пиратов. В Русском

монастыре литургия совершается каждую неделю в Пантелеимоновском соборе

или в Покровском храме (параклисе) попеременно. Вероятно, этот обычай

связан с тем, что в середине прошлого века, когда в Пантелеимоновском

монастыре братия состояла из греков и русских, греки, составлявшие в

это время большинство, не позволяли русским монахам совершать в соборе

богослужение на славянском языке. Тогда на собранные в России средства

над братским корпусом был построен храм Покрова Пресвятой

Богородицы, внешним и внутренним видом почти ничем не отличающийся

от русских церквей XIX века. В этом храме, который назывался вторым

собором, русские монахи служили до 80-х годов прошлого века, когда к

ним полностью перешло управление монастырем. В параклисах (а их в Русском

монастыре более 30) богослужение совершается крайне редко, практически раз

в году, на престольный праздник (в Успенском параклисе кроме литургии

совершаются все последования от предпразднства до отдания праздника

Успения). Только в церкви святых апостолов Петра и Павла,

устроенной при монастырской усыпальнице, каждую субботу совершается

литургия и панихида по усопшим.

Практика такого редкого совершения литургий в параклисах, безусловно,

недавняя и вызвана в первую очередь немногочисленностью братии

Пантелеимоновского монастыря. Этим же объясняется и то, что, если бдение

на воскресные дни не совпадает с великим праздником, а также памятью

храмового или чтимого святого, оно заменяется здесь отдельным служением

великой вечерни и полиелейной утрени, согласно типикону. Стоит также

отметить, что, поскольку почти все насельники Русского монастыря, включая

игумена, являются пострижениками различных монастырей России, рукописный

Пантелеимоновский типикон в этой обители ныне не употребляется, а

богослужение совершается по типикону, изданному Московской Патриархией, с

сохранением некоторых общеафонских богослужебных особенностей.

Другим типом богослужения на Афоне является всенощное бдение, агрипния.

На необходимость его совершения в воскресные дни, великие и храмовые

праздники, а также дни памяти чтимых святых указывают все афонские типиконы.

Бдения на Афоне по их торжественности, а значит, и продолжительности,

разделяются на три вида. Вот что говорится об этом в "Письмах святогорца":

"Вы восхищаетесь нашими бдениями... а вместе с тем желаете и знать, каким

образом всенощную можно продлить до 14 часов сряду? Надобно сказать, что

подобные бдения очень редки, и в круглый год может быть одно, два или много

- три... Здесь три разряда бдений: первое - торжественное праздничное в

полном смысле; второе - на дванадесятые праздники, продолжающееся до 12

часов ночи; а третье - воскресное обыкновенное, не восходящее свыше

10 часов. К последнему относятся и дни великих святых". Далее мы будем

говорить только о бдении первого типа.

Праздники, в которые совершаются эти бдения, у русских святогорцев

называются "панагир" или "пани гирь" (от греч. "панегирис" - торжество).

Этот термин обозначает не только всенощное бдение, но и всю совокупность

обрядов и традиций, в том числе богослужебных, связанных с данным

праздником. "Всякий панигирь того или иного из 20 кириархических (главных,

господствующих) монастырей на Святой Афонской Горе является праздником не

только данной обители, - пишет по этому поводу профессор А. А.

Дмитриевский, - но, без преувеличения можно говорить, и торжеством всей

Святой Горы".

Как уже говорилось, в святогорских обителях панагир бывает всего

несколько раз в году: на главный храмовый праздник, дни памяти особо

чтимых святых и некоторых чтимых икон Божией Матери. Об исключительности

панагиров говорит и тот факт, что в Лавре преподобного Афанасия -

старейшем монастыре на Святой Горе - панагир совершается только раз в

году, в день памяти преподобного Афанасия Афонского (5 июля); а на

главный храмовый праздник Благовещения совершается обычное бдение, как и

на другие двунадесятые праздники. У В. Григоровича-Барского мы находим

объяснение этого странного обычая: "Изначала же тамоё главный праздник

совершашеся на Благовещение Пресвятия Богородицы, Ея же есть и великий

храм, многымы лети по успении святаго. Обаче, якоже от предания тамошние

иноки повествуют, явися Пресвятая Богородица во сне древле некоему

добродетелному игумену и рече ему еще: "Отселе не творите праздника перваго

и главнаго в год Мене ради, ибо Мене блажат вей роды и празднуют доволно

вей християне, но торжествуйте праздник велик в память друга Моего

Афанасия иже доволно Мне послужи и потрудися в обители сей". И от того

времени праздник главный пременися и монастир нача именоватися не

Благовещения, но Лавра святаго Афанасия, якоже и в хризовулах

древний царие свидетелствуют". Всего же на Святой Горе в году бывает около

45 панагиров, иногда одновременно в нескольких обителях.

Панагир начинается с чина архиерейской встречи. В последнее время

присутствие архиерея стало неотъемлемой частью панагира. Греческие монастыри

обычно приглашают одного из епископов Константинопольской Патриархии или

Элладской Церкви, а в Руссике праздничное богослужение возглавляет

епископ Русской Церкви, который ежегодно приезжает с группой

паломников к престольному празднику святого великомученика и целителя

Пантелеймона.

На встречу архиерея вся братия во главе с игуменом собирается у

главных врат (порты) обители. Игумен и священники - в облачении. Два

экклисиарха держат переносные подсвечники - мануалы и Евангелие. По

прибытии епископа начинают звонить колокола. На архиерея возлагают панагию,

надевают мантию и дают в руки жезл - равдос. Архиерей целует

Евангелие, благословляет братию и следует в собор. Два диакона все это

время непрерывно кадят перед архиереем. Хор поет: "Достойно есть" и "Ис

полла эти, деспота". Войдя в собор, епископ прикладывается к иконам,

благословляет певчих и народ и встает на кафедру. Следует краткая лития, во

время которой поются тропари: Кресту, храма, святому, имя которого носит

епископ. На "И ныне" - кондак "Взбранной Воеводе". В некоторых

монастырях, например в Лавре, поется и Великое славословие. Дальнейшее

повторяет порядок вечерней литии, но в более сокращенном виде. После

возгласа архиерея "Услыши ны, Боже" и исполнения хором полного многолетия

архиерею настоятель приветствует епископа. Затем следует ответное слово

архиерея. Кроме того, в конце литии епископ благословляет подходящую к нему

братию, начиная с игумена. Хор исполняет полное многолетие. Затем

епископ снимает мантию и следует в свои покои.

Похожим образом, но без Евангелия и каждения, совершается и встреча

игумена. Здесь необходимо сказать о святогорском обычае приглашать на

панагир, кроме архиерея, игумена одного из афонских монастырей.

Существует даже особый порядок приглашения. Некоторые обители имеют

тесные исторические связи. Поэтому Ватопед на главный праздник

традиционно приглашает игумена монастыря Хилендар, Лавра - Ивера, Руссик -

Зографа, и наоборот. Такой обычай имеет несколько оснований: во-первых,

это позволяет святогорцам еще раз почувствовать себя большой семьей,

которая живет и спасается в избранном уделе Божией Матери, невзирая на

национальные и другие различия; во-вторых, приглашенный игумен приходит

с лучшими диаконами и певчими своей обители, которые украшают

праздничное богослужение, а также берет с собой часть братии, чтобы помочь

насельникам празднующего монастыря в приеме и размещении паломников,

приготовлении трапезы и т. п. Последнее обстоятельство немаловажно, так

как, например, на главный афонский панагир - преподобного Афанасия

Афонского - в Лавру собираются до 600 паломников, при численности братии

Лавры около 40 человек. По тем же причинам за несколько дней до своего

панагира монастырь прекращает прием паломников.

Игумен обители встречает гостя в мантии, с крестом (право на ношение

которого на Афоне имеет только настоятель монастыря) и игуменским

жезлом, патерицей. По прибытии гостя настоятель снимает мантию и крест,

возлагает их на него и передает ему патерицу. С этого момента гость

становится как бы полноправным настоятелем данного монастыря: он

возглавляет богослужение (если нет епископа), председит за трапезой, его

имя возносится за богослужением. При этом порядок прошений таков:

сначала "О священноигумене святыя обители сия (имярек) иеромонахе и всей во

Христе братии нашей"; затем прошение с упоминанием имени настоятеля:

"о (имярек) иеромонахе с братией, синодия (букв. - спутниками. - Авт.)

его".

За три часа до захода солнца бывает малая вечерня, которую во

многих монастырях предваряет перенесение чудотворного образа Божией

Матери. Это связано с тем, что в некоторых обителях чудотворные иконы

Божией Матери находятся не в центральной части собора, а на горнем

месте в алтаре (Протат, Ватопед) или в одном из параклисов (Лавра, Ивер,

Дионисиат и т. д.), устроенном в честь иконы. Этот чин, в котором

участвует все духовенство в облачениях, очень торжествен и

сопровождается каждением иконы и пением тропарей иконы, праздника и

"Достойно есть". В соборе икону ставят в особый киот слева от Царских

врат. Снизу к киоту подвешивают расшитую пелену; сбоку - по две старинные

епитрахили; над иконой раскрывают зонт из драгоценной материи, а перед

ней постилают ковер и ставят подсвечники. Вот как торжественное убранство

соборного храма описывает А.А. Дмитриевский: "Вся богатейшая церковная

утварь, вычищенная и вымытая, находится на своих местах. Вынута из

скевофилакии (сосудохранительницы) и вся наличная ризница, ввиду

многочисленного собора священнослужителей... Архиерейские облачения и

священные сосуды не только блещут драгоценными украшениями, но и

отличаются своею древностию и теми историческими традициями, которые с ними

в обители связываются. Ко всем иконам наместным и стоящим особняком,

подвешены драгоценные пелены, убранные каменьями и расшитые шелками и

золотом. Дорогие епитрахили висят по бокам наместных икон почти по

всему иконостасу (относительно данного обычая А.А. Дмитриевский замечает,

что он возник из предписания типикона священнику во время вседневных

служб не входить без нужды в алтарь, а произносить ектеньи перед Царскими

вратами, надевая на себя епитрахиль, висящую сбоку этих врат на специальном

крючке. - Прим. авт.). Заготовлены драгоценнейшие ковры, которые опытные

екклисиархи быстро развертывают и убирают на торжественных соборных

выходах".

Сразу за малой вечерней следует трапеза. По общему афонскому обычаю,

на трапезе перед всенощным бдением всегда подают жареных осминогов, а после

всенощной - жареную рыбу, "труда ради бденного".

О времени начала всенощного бдения разные типиконы дают различные указания

(кстати, этому вопросу была посвящена специальная записка, поданная царю

Алексею Михайловичу жившим тогда в Москве архимандритом Афонского

Иверского монастыря Дионисием). Одни указывают время "по заходе солнца, если

ночь короткая; если же нет, то в первый или второй час ночи". Другие

определяют время начала агрипнии до 2-го или 3-го часа ночи. Наконец,

третьи указывают: "Около часа ночи вне зависимости от времени года".

Это разнообразие объясняется наличием или отсутствием в монастыре

"доброгласных певцов и чтецов". В настоящее время только несколько из 20

святогорских монастырей (Ватопед, Симонопетр, Дохиар) имеют слаженные хоры, и

поэтому те, которые их не имеют, для придания праздничному бдению большей

торжественности приглашают певчих из других монастырей.

Отдельно следует сказать о певчих-келлиотах. На Афоне славу наиболее

искусных певцов имеют братства Иосафеев, Карцонеев и Даниилеев.

Последние ежегодно поют на панагире в Русском Свято-Пантелеимоновском

монастыре.

При совершении благовеста на Афоне, как в древних монастырях, до сих

пор употребляются била и клепала, которые делятся на "тяжкое", "великое" и

"железное", несмотря на то, что повсеместно имеются и колокола, которые

звонят после того, как смолкнут била. Сохраняется также древний

обычай сопровождения благовеста в "великое" и "тяжкое" пением

"Непорочных" или 50-го псалма, при этом одни монастыри держатся

общего большинству списков Иерусалимского устава порядка деления

"Непорочных" на 12 частей, соответственно 12 ударам в било, допуская

замену "Непорочных" двенадцатикратным чтением 50-го псалма. Другие делят

благовест на три звона, соответственно трем статиям "Непорочных".

Продолжительность того и другого благовеста зависит от времени года: в

зимнее время он удлиняется, а в летнее сокращается. Например, типикон

Пантелеимоновского монастыря допускает сокращение благовеста "от 14

сентября до Недели Ваий". Особый порядок совершения благовеста в Лавре

преподобного Афанасия Афонского описывает В. Григорович-Барский: "Первое

бо гласят в ней звоны, также толчет в великое висимое било сицевым образом:

толкнувши пят или шест раз скоро, также чтет дванадесят "Верую", по всяком

"Верую" ударяющи в било раз, дондеже совершатся 12, и паки 5 или 6 скоро,

якоже первое; таже вторую статию биет медленно, с 12 "Верую", и паки пят,

шест скоро, таже и третую статию, с 12 "Верую". Последи же 2 статии обичных,

скорых и долгих, о них же предпомянухом, по древяном же билу в клепало

железное статию едину".

Чтобы заполнить время, установленное уставом для совершения

агрипнии, в некоторых святогорских обителях чин бдения предваряется малым

повечерием, которое совершается, как было описано выше, но с той разницей,

что молитва, положенная в конце повечерия: "И дождь нам, Владык, на сон

грядущим", опускается, "как не соответствующая цели настоящего нашего

подвига", по замечанию "Писем святогорца".

Всенощное бдение начинается совершением в литийном притворе службы 9-

го часа, со своим отпустом. Если бдение возглавляет архиерей, к

обычному возгласу: "Молитвами святых отец наших", которым на Афоне

заканчиваются все службы, прибавляется "Молитвами святого Владыки нашего".

Чин великой вечерни совершается в центральной части кафоликоне. При

этом архиерей (или в его отсутствие игумен) стоит на архиерейской кафедре

в мантии и с жезлом. Служащий иеромонах подходит к кафедре и, сотворив

земной поклон предстоятелю, берет благословение на начало богослужения.

На интересную особенность указывает типикон сербского

Хилендарского монастыря. Здесь иеромонах благословляется не у предстоятеля,

а у иконы Божией Матери "Троеручица", находящейся справа от

архиерейской кафедры. Иерей полагает перед иконой три земных поклона и

лобызает икону, после чего отходит в алтарь. Такое начало сохраняется и в

будние дни.

Дальнейшее бывает, как это описано в Диатаксисе

Константинопольского Патриарха Филофея (XIV в.): "Когда настанет

время, отходит иерей с диаконом и творят поклоны иконе Владыки Христа,

между тем как все братья сидят; диакон, взяв свой стихарь с орарем и

поклонившись на восток трижды, подходит к иерею и говорит: "Благослови,

Владыко, стихарь с орарем"; иерей благословляет их, говоря: "Благословен

Бог наш всегда, ныне и присно и во веки веков". Затем надевают оба

присвоенные одежды". По облачении священник "кадит святую трапезу

крестовидно окрест и весь жертвенник (то есть алтарь) и, отворив святые

двери, исходит" северными дверьми, предваряемый двумя экклисиархами в

мантии и с возжженными свечами на подсвечниках. Став посреди

храма лицом к архиерейской кафедре, они возглашают: "Повели", "Повелите"

и "Повели, Владыко (Отче) святый" и при этом приподнимают подсвечники.

Вслед за этим иерей кадит перед святыми дверьми, затем перед иконами в

иконостасе, правым и левым ликом, предстоятелем и иконами в проскинитариях

и всей братией; при этом ему предшествуют экклисиархи или диаконы со

свечами. "Исходит же и в притвор и кадит по чину и тамо сущую братию".

Каждение притвора (литийного) совершается так, как это описано в 22-й главе

типикона: священник "творит крест кадилом пред красными враты, также

кадит на обе стороны святые иконы и братию всю по чину их; последи же

возвращается к красным вратам, зря к западу, кадит крестовидно всех".

Затем иерей, "паки возвращая в церковь и став посреди обою лику, знаменует

кадилом крест, зря к востоком и возглашает велегласно: "Господи,

благослови".

После начального возгласа иерея "Слава Святей" предстоятель с

кафедры читает "Приидите, поклонимся" трижды. Четвертый стих "Приидите,

поклонимся и припадем Ему" не произносится, что, кстати, соответствует

русской богослужебной практике до XVI века.

Затем предстоятель читает 103-й псалом до стиха "Отверзшу Тебе руку".

Отсюда лики начинают антифонное пение предначинательного псалма с

аниксантариями. Самое раннее указание на исполнение аниксантариев

встречается в рукописи Ватопедского монастыря ј 320 (931), которая

датируется 1346 годом. По своему содержанию аниксантарии являются

краткими прославлениями Триилостасного Божества как Первопричины

мироздания, которые перекликаются со стихами 103-го псалма. "За каждым

стихом все славословят Троицу, Которая есть Создатель всего", -

замечает святой Симеон Солунский (XIV в.). Все аниксантарии имеют припев:

"Слава Тебе, Боже", который в свое время был припевом 1-го антифона

песненной вечерни. Их полный текст записан профессором А. А.

Дмитриевским и опубликован в его "Описаниях литургических

рукописей...". Пение аниксантариев, которое продолжается около двух часов,

афонцы слушают с особым благоговением. Типиконы предупреждают, чтобы иерей в

это время не читал светильничных молитв, которые надо читать после стиха:

"Вся премудростию сотворил еси". Кроме аниксантариев к особенностям пения

предначинательного псалма относится присоединение к трехкратному

"Аллилуиа, аллилуиа, аллилуиа, слава Тебе, Боже" четвертого стиха:

"Упование наше, Господи, слава Тебе". Этот же порядок сохраняется

при всяком пении или чтении кафизм. На мирной ектений, как и на всех

последующих, при архиерейском служении поминается только служащий архиерей,

причем прошение звучит так: "Об архиепископе нашем (имярек)... Господу

помолимся". Если нет архиерея, таким же образом поминают

Константинопольского Патриарха. Восьмое прошение начинается словами: "О

святей обители сей, Святей Горе сей" и т. д. На Афоне, как и во всех

греческих церквах, в начале прошения "Пресвятую, Пречистую..." хор поет:

"Пресвятая Богородице, спаси нас".

О пении первой кафизмы типиконы говорят: "стихословим "Блажен муж" во

глас 8-й, начинает же это не начальный хор, но другой, второй же псалом -

начальный хор, и третий - опять второй хор". Однако в современной

практике пение первой кафизмы зачастую вообще опускается.

Пение "Господи, воззвах" начинается с возгласа канонарха: "Благослови,

Владыко, глас (называется прилучившийся глас Октоиха)". Вообще

обязанности канонарха за великой вечерней детально регламентированы

уставом (см.27-ю главу нашего типикона) и подробно описаны В.

Григоровичем-Барским. "Канонарху, - пишет Барский, - дело есть: на

"Господи, воззвах" и на "Хвалитех" глас оглашати, на всем правиле чрез

сутки канархаты (то есть канонаршить. - Прим. авт.) и Псалтирь, и

Парамеи, и Апостол и Синаксар честы, и в зажжению и погашению свещь и

кандилов, егда упразднится, иным помоществует. Огласивши же глас, с

преложением рук, низу смотрящи, пред оным крилосом стоит

(обратившися к начальнейшим), на нем же начинает певец пеги

"Господи, воззвах" или "Хвалите", и егда услышит поюща: "Вонми гласу

моления моего" или "Хвалите Его в вышных", покланяется ниц до землы и

отступает на странну, дондеже прийдет время канархати стихиры. Идеже

поется: "Яко утвердися милость Его на нас", преходящы чрез церков,

полагает на себе крест пред царскимы враты и, обратившися на запад, к оной

стране скоро приходит, и уже не полагающи книгы на налои, по всегдашнему

тамо обычаю, но держащы в руках, канархает. Такожде на "Славе, и ныне" на

руках канархает, еще же и на стиховнах всех святых

четиредесятницы, прочее же всегда полагающы книгу на налои, и на подножии

(очевидно, здесь имеется в виду омфалион. - Прим. авт.) стоящи. Егда же

поется наславник велик, кроме и "и ныне" такожде особ-но великое, тогда не

преходит яве чрез храм, но сокровенно за свещникамы, близ иконостаса,

пред наместнимы образамы, на "славе" убо, ради протяженна-го пения,

донележе окончит (хор. - Прим. авт.) "Слава Отцу и Сыну и Святому Духу" (да

не стоит пред крилосом празден, мало тамо сокривается, на "и ныне" же, и

тоейжде ради вины и благочиния ради входа, сокровен за свещникамы стоящы,

громыгласно издалече канархает. Егда же поются прокимены, на вечернях,

сей ставшы посреде церквы, стихи ответствует тихим гласом, клобук снявши".

Пение антифонное, причем первые два стиха "Господи, воззвах" и "Да

исправится" поют особым долгим распевом, каждый по 15- 20 минут.

Стихиры поют на 10, с канонархом. Здесь есть ряд особенностей: 3-ю

или 4-ю стихиру всегда исполняет предстоятель с кафедры - один

или вместе с несколькими "доброгласными псалтами". Для пения Догматика

оба хора сходятся вместе. Догматик также поется долгим распевом.

Одновременно с началом пения "Господи, воззвах" два екклисиарха или

кандилапта (свещевозжигателя), в мантиях, сотворив три земных поклона

перед иконой Божией Матери и по одному поясному пред предстоятелем, ликами и

братией, начинают зажигать свечи на хоросе, паникадилах, подсвечниках

и лампадах. Делают они это синхронно и весьма изящно, умело пользуясь

длинными шестами, концы которых, как змейками, обвиты тонкими свечами.

При этом число свечей, зажигаемых перед праздничной иконой, строго

регламентируется типиконом. Так, соборный типикон Ватопедского монастыря

1508 года имеет даже особую таблицу с указаниями о свещевозжигании на

весь год. В сентябре, например: "1-го сентября светильницы, яже наверху,

оставляем; возжигаем же иконостас (то есть подсвечник перед Распятием. -

Прим. авт.) и хорос, и успенскую свечу, и только на время вечерни. Пред

образом же святого Симеона возжигаем свещи две, на утрени творим по

обычаю, 6-го, на архангела Михаила, пред образом его возжигаем свещу

едину. 8-го (Рождество Богородицы) возжигаем свещи, якоже обычай есть в

неделю. Перед проскинитарием же богородичным возжигаем свещи три. Подобает

бо ведети непременно, что егда возжигаем у проскинитария три свещи,

сохраняем их негасимы, 9-го возжигаем в проскинитарии свещи две на всю

службу, в память Богоотец" и т. д.

Типиконы предписывают начинать каждение на "Господи, воззвах" с пения

стиха "Да исправится", причем кадят не только в алтаре и в храме, но и во

внутреннем притворе: "Когда же поется "Яко кадило пред Тобою", диакон кадит

сначала внутри алтаря, затем исходит северною дверью и кадит проскинитарий

с иконой святого, затем игумена и отходит недалеко от игумена и кадит всех

на правом клиросе и, окадив крестовидно против аналоя, как и на первом

клиросе, двигаясь кадит старцев, затем исходит в притвор и кадит всех по

чину". Обычно каждение совершают два диакона, которые входят разными

боковыми вратами, кадят икону Божией Матери и проскинитарий с

праздничной иконой трижды по трижды; затем кадят предстоятеля; потом

расходятся для каждения клиросов; после этого вновь сходятся в центре

храма и кадят стоящую братию и паломников, и главными дверьми исходят

кадить притвор. Особенностью афонского каждения является ношение диаконами

особых ковчежцев для ладана в виде серебряных или позолоченных церквей.

Эти ковчежцы, или "сионы", диаконы носят на левом плече и

придерживают рукой, обернутой пеленой.

Особой торжественностью отличается вход с кадилом. По типикону

Филофеевского монастыря: "Когда же начнут петь "Слава", кандилапт

выходит на середину храма и, поклонившись трижды к востоку, делает поклоны

к обоим хорам, и по сему знаку отходят иереи и иеродиаконы во

святой алтарь и облачаются для участия во входе". В современной

практике екклисиарх (а не кандилапт) обходит храм и притвор и

приглашает священников, начиная с гостей и старшей братии, к участию во

входе. После этого иереи, начиная с игумена, подходят к архиерею и,

взяв благословение, уходят в алтарь. В середине пения Догматика иеродиаконы

и священники исходят из алтаря и становятся полукругом в центре храма на

омфалионе или по бокам кафедры, в зависимости от размеров храма и числа

служащих. В центре становятся два кандилапта с подсвечниками и два

иеродиакона с так называемыми "малыми" рипидами (без древка). Когда

предстоятель с кафедры благословит вход, архидиакон

возглашает:"Премудрость, прости". Священники начинают петь "Свете тихий".

Со слов "Иисусе Христе" диаконы кадят иереев, а когда начнут петь "поем

Отца, Сына и Святаго Духа", иереи делают поклон епископу, берут его

благословение и по двое входят в алтарь. Диаконы, стоя по бокам от

Царских врат, кадят входящих иереев. Затем в алтарь входят и

иеродиаконы. Вот как описывает вечерний вход на праздничном бдении в

Пантелеимоновском монастыре инок Пар-фений: "Когда пели стихиры, тогда

экклисиарх ходил по всей церкви и приглашал всех иеромонахов и

иеродиаконов в алтарь. Тогда иеродиаконы по два выходили и становились

среди церкви, творя два поклона в пояс и третий земной, подходили к

Владыке с земным поклоном и брали от него благословение. Поклонившись,

уходили в алтарь; за ними иеромонахи так же творили и уходили облачаться.

Когда же начали петь "И ныне" и Богородичен, тогда вышли из алтаря наперед

два екклисиарха в мантиях, несли по подсвечнику, за ними два диакона с

кадилами; за ними же два диакона, один с кириями (дикирием и трикирием), а

другой со свечею; за ними два диакона с рипидами; за ними один диакон нес

великий запрестольный крест; прочие диаконы шли по двое со свечами; за ними

шли по двое священники с опущенными вниз руками; за ними уже и игумен.

Страницы: 1, 2


© 2010
Частичное или полное использование материалов
запрещено.